На главную Обратная связь Гостевая книга

  •   Научно-исследовательская работа
  •   Гостевая книга
  •   Карта сайта
  •   Каталоги выставок серии "Смотреть всем!"
  •   Мемориал
  • Версия для слабовидящих

    «… Мы готовы делать всё, что сможем…»

    Из истории строительства Березниковского химического комбината

    Иностранные и советские специалисты на строительстве БХК. 30-е г. ХХ в.Иностранные специалисты в Березниках на строительстве БХК, 1932 г. Слева-направо – доктор Вайнофф, доктор С. Браун, миссис В. Бекстер,  К. Вили.

    Сегодняшнее поколение жителей города Березники гордится своей историей. О героях – первостроителях химического комбината можно узнать из книг, разделов музейных экспозиций. Имена строителей «Республики химии» увековечены в названиях улиц города. Но мало кто из березниковцев знает о той армии советских и иностранных специалистов, под чьим руководством возводились корпуса, монтировалось и запускалось сложнейшее оборудование химического производства, устанавливались котлы на величайшей в Европе станции высокого давления – Березниковской ТЭЦ, о тех, кто научил неопытных, а порой неграмотных рабочих управлять сложнейшими химическими процессами.

    Строительство Березниковского химического комбината началось в 1929г. В условиях отсутствия заводов по производству химического оборудования и достаточного количества квалифицированных кадров правительство вынуждено было обратиться к передовым капиталистическим странам Германии, Англии, США. Зарубежным фирмам «Нитрожен», «Паур-газ», «Бобок-Вилькокс», «Ганомаг», «Кёрстнер», «Борзиг», «Кемико», «Броун-Бовери» предстояло установить на Березниковском комбинате совершеннейшее оборудование, обучить технический персонал и рабочих его эксплуатации. В производстве первой очереди комбината импортное оборудование составляло 90% (по второй очереди – 37%)1. Среди тех, кто отправился в советскую Россию на далёкую уральскую стройку, были инженеры, разработчики новейших химических технологий, технологи, инженеры - механики, а также высококвалифицированные рабочие: сварщики, слесари, механики, кузнецы. Газета «Ударник» в 1931г. сообщала, что «… в настоящий момент на Березникхимстрое работают 93 иностранных специалиста и рабочих; в ближайшее время прибывает ещё 80. Общее количество иностранцев предполагается довести до 300..»2

    Большая группа специалистов на стройке представляла немецкие фирмы. По воспоминаниям химкомбинатовцев это были люди самые разные: инженер- механик Венер – консультант по вопросам контроля производства, отзывчивый и дружелюбный, доктор Кюне - человек с большим апломбом и не очень глубокими познаниями, особенно в вопросах КИП. Особенно запомнились руководству и рабочим Билл Ситер - американский инженер, первый представитель фирмы «Кэмико» на комбинате, Карл Вилл3 - американский инженер, впоследствии управляющий международными операциями фирмы «Кэмико», Вайнов - главный технолог фирмы «Нитрожен», «без переводчиков говоривший по-русски», Дэли - главный инженер-химик фирмы «Нитрожен», по отзывам, - «очень добродушный остряк, играл на виолончели в оркестре содового завода», автор патента для автоматического определения следов СО и СО-2 в газе, Бакстер - главный инженер фирмы «Нитрожен» - «спокойный на вид человек с физиономией типичного янки, часто расхаживающий по цехам в сопровождении своей жены», Драхе - шеф-мастер фирмы «Борзиг» по монтажу трубопроводов высокого давления (« в цехе очистки у него стоял тесовый балаган, где размещалась вся его монтажная контора, а в часы досуга - попивал чай из русского самовара»)4. Отношения иностранцев с русскими, в основном, были доброжелательными. Несмотря на раздражающую организационную «бестолковщину» первых месяцев строительства, отсутствие необходимых для монтажа запчастей «сумасшедшие большевики» и советские рабочие восхищали и вдохновляли их на максимальную отдачу своих знаний и умений.

    По разным причинам приезжали немецкие рабочие в Россию. Одни - спасаясь от безработицы, другие - уехали из Германии по политическим убеждениям. Вильгельм Штейн - старый мастер крупного химического предприятия «Лейна Веркс» был уволен за принадлежность к коммунистической партии. «Теперь все свои силы я отдам социалистическому строительству в Советском Союзе» - говорил он, уезжая в Березники. А на вопрос товарищей о продолжительности его пребывания в СССР, отвечал: «Уезжать не думаю. Приехал навсегда…». Российское гражданство впоследствии приняли рабочие Кляпродт и Шюлер. Газета «Ударник» от 18 октября 1931г. опубликовала письмо ещё одного немецкого рабочего - Георга Майера, в котором он написал: «Я, находясь в СССР, убедился в имеющихся успехах пятилетнего плана и преимуществах системы социалистического хозяйства. В то время, когда капиталистический мир переживал экономический и финансовый кризис, безработицу, ухудшение положения рабочего класса, в Советском Союзе неуклонно возвышается материальное благосостояние рабочих… Осознав это, я вступаю в ряды ВКП(б). и обращаюсь к другим немецким рабочим последовать моему примеру».

    Фриш - иностранный специалистПостановление ЦК партии от 21 ноября 1930 г. обязывало хозяйственников, представителей партийных ячеек и профсоюзных органов использовать каждого иностранного специалиста и рабочего так, чтобы он не только сам работал, но и учил других, передавал свои знания и опыт советскому персоналу (6). Газета « Ударник» (7) сообщала читателям: «… в первый период эксплуатации комбината предприятия работали под непосредственным техническим руководством иностранцев. Сейчас иностранные специалисты используются в большей части только как консультанты… Нам нужно всемерно усваивать их опыт и знания…». На комбинате организуются БРИЗы (бюро по рационализаторству и изобретательству), группы по изучению передового опыта. Мастер Корнагель разработал программу обучения кочегаров в котельном цехе, инженер Грубер провёл несколько занятий для профсоюзного и партийного актива. В 1932 г. члены бригад монтажников Осипова и Хрусталёва через газету выражали благодарность и «… пролетарское спасибо немецкому монтёру Курту Бушу, который сумел подойти к нашим рабочим, заразил их своим деловым подходом, руководил работами, давал дельные советы и сам принял участие в работе бригады…» Слёт ударников химкомбината 1933 г. среди лучших отметил иностранца Кляпродта, который, «…работая в мастерской измерительных приборов аммиачного завода, обучил своему делу советских слесарей…»5 Мастер Нильсон, электромонтёр Вагнер, сварщик Зейфельд терпеливо и добросовестно обучали русских тонкостям своего ремесла.. Французские рабочие Эмиль и Андре не только посвящали русских во все тонкости монтажа оборудования, но и давали копировать чертежи узлов6.

    Многие из них, особенно рабочие, воодушевлённые трудовым энтузиазмом, царившим на стройке, включались в соревнования, старались своим добросовестным трудом приблизить час пуска производства. Немецкие рабочие котельного цеха ТЭЦ (на «Ганомагах») создали ударную бригаду под руководством бригадира Фрица Хомута и вместе с русскими рабочими взяли на себя обязательство закончить в срок монтаж оборудования. Мастер Краус был занесён в «Красный список лучших ударников ТЭЦ 1931г.»7 Так, в совместном труде, происходило познание советской России, её народа, рождалась интернациональная дружба. Понимая экономические трудности социалистического государства, некоторые немецкие рабочие - монтажники, слесари, кузнецы Штейн, Руст, Гомут, Эрнест, Зигорид, Ках, Бэм, Эмрих, Зифоль, Мейвес, Шобер, Монценберг, Бонц, Рамер, Герман, Майер и др. даже подписались на заем «Третьего решающего года пятилетки» на сумму своего месячного оклада – 250 – 300 рублей8
    Иностранные рабочие и специалисты, хотя и жили в лучших условиях, чем советские строители (имели свои магазины и столовые), на себе испытали, что такое бытовая неустроенность. На страницах газеты «Ударник» за 1931г. не однажды встречаются заметки о безобразиях, допущенных коммунальным отделом. В одной из них говорится: «…условия быта приехавших немецких рабочих превосходят всякие границы. Без дров, без кипятка, без всяких элементарных удобств, без света живут 18 семейств немецких рабочих в доме № 40…» Для людей, выросших в других климатических зонах тяжким испытанием были уральские морозы. К.Г. Паустовский в «Великане на Каме» сделал такую «зарисовку»: «…иностранные монтёры и инженеры в этот вечер стали похожи на разбитую наполеоновскую армию. Тонкие коверкотовые пальто, шершавые галстуки, мягчайшие фетровые шляпы, тугие лайковые перчатки – всё это исчезло в несколько часов. Главный технолог комбината мистер Спенсер вышел в шляпе повязанной платком, в сапогах забойщика и в ватном пальто, сшитом из клетчатого одеяла…».

    Страна Советов не уставала удивлять иностранцев. Руководство химкомбината решило организовать для немецких специалистов отдых в пос. Огурдино. Делясь своими впечатлениями от посещения Дома отдыха, иностранцы Стеша, Мауф, Гюнтер, Шиллер и другие отмечали: «нас приятно поразило прекрасное расположение Дома отдыха, большие и чистые помещения, хорошая пища. Нам сообщили, что он пропускает ежегодно 3300 рабочих, которые проводят здесь свой отпуск совершенно бесплатно. Мы восхищаемся тем, что советское правительство, несмотря на то, что столько средств уходит на грандиозное строительство, в состоянии предоставить рабочим такой чудесный отдых. Подобного мы не видели нигде в Германии. Мы поражаемся той грандиозной работе правительства и пролетариата по осуществлению пятилетнего плана, и, со своей стороны, мы готовы делать всё, что можем, чтобы помочь им в этой задаче…»

    Корреспондент газеты «Ударник» Н. Старов, присутствовавший на пуске одного из генераторов завода 24 марта 1932г. так описывал свои впечатления: «Газогенераторный цех - цех автомат - высшее достижение человеческой техники. Но автомат нужно наладить, настроить, раскачать и пустить так, чтобы работал он образцово. Это дело человека. Тяжёлое, кропотливое дело, которое тем тяжелей, чем сложней и умней автомат. И к концу дня люди сваливались с ног. Даже два крепыша командира, краснощёкие и сильные здоровяки – два начальника - англичанин мистер Вилли и русский парттысячник товарищ Флегонтов, даже они, к концу дня почернели от сажи и усталости… Капризничали редуктора, скандалили клапаны, пошаливал скрубер. Подвернуть там, ослабить тут… С лестницы на лестницу по - обезьяньи прыгали люди ежеминутно, подправляли мельчайшие загогулины стального иероглифа, железную сбрую чудища. Мистер Гризенциант и товарищ Прокопьев, мистер Вильсон и товарищ Куртев, мистер Броунинг и товарищ Цехомский, мистер Белл и товарищ Гелас. В разных частях планеты родились эти люди. На разных языках говорили они. В другое время, может быть, не смогли бы они даже попросить прикурить друг у друга, но иероглиф механизма, сейчас, сыграл роль эсперанто… Наконец колокол большого газгольдера пополз вверх. Одна за другой загорались лампочки… Движения людей стали более размеренными. Переводчики перевели:

    • Англичане говорят: передайте русским мастерам, что мы очень довольны их работой.

    И люди с разных частей планеты, улыбаясь, пожали руки друг другу…»9

    1 Газ. «Ударник».- 1935.- 27 февраля.

    2 Газ. «Ударник». – 1931. – 15 июля

    3 В 1970 г. Карл Вилл для журнала «Кэмико» написал статью о строительстве Березниковского химкомбината.

    4 Материалы музея ОАО «Азот».

    5 Газ. «Ударник». – 1931. – 20 февраля;1933. – 1 марта.

    6 Воспоминания Е. М. Антонова. Материалы музея ОАО «Азот».

    7 Газ. «Ударник». – 1931 - 1ноября.

    8 Газ. «Ударник». – 1931.- 4 сентября.

    9 Старов Н. Газ идет.// Газ. «Ударник». – 1932. – 16 марта.

    О.Н.Варнакова – старший научный сотрудник БИХМ


    «И люди, с разных частей планеты, улыбаясь, пожали руки друг другу…» ( к истории строительства Березниковского химического комбината).


    «Мы увидели перед собой океанский корабль. Он стоял на суше. Ветер гудел в вышине, в его стальных тросах, державших три громадные трубы. Рабочие на палубе забивали заклёпки. Корабль сверкал иллюминаторами и мачтовыми огнями. Он тяжело дрожал. Казалось, он только что отдал якоря после штормового плавания…» - так напишет в 1934 г. о первенце социалистической индустрии - Березниковском химическом комбинате - писатель К.Г. Паустовский.

    Сегодняшние жители города, выросшего одновременно с возведением гиганта химической промышленности, гордятся своими первостроителями, проявившими на строительных площадках города чудеса мужества и трудового героизма. Но мало кто из них знает и помнит о той армии советских и иностранных специалистов, под чьим руководством монтировалось сложнейшее оборудование химического производства, устанавливались котлы на величайшей в Европе станции высокого давления - Березниковской ТЭЦ, шло обучение технологическим процессам неопытных, а порой неграмотных рабочих.

    Строительство химического комбината началось в 1929 г. Многим, не только иностранным, но и советским учёным, строительство предприятия такого уровня в стране недавно завершившей гражданскую войну, находящейся в полной изоляции от заграничного опыта химической индустрии, в условии отсутствия квалифицированных специалистов, казалось утопией и авантюрой. Но на эту «авантюру» государство, остро нуждающееся в сельскохозяйственных удобрениях, пошло без колебаний. Для одного из своих первых предприятий химической промышленности заказывает американским, немецким, английским, французским фирмам «Нитрожен», «Паур - газ», «Бабок - Вилькекс», «Ганомаг», «Кёрстнер», «Борзиг», «Кемико», «Броун - Бовери» современнейшее оборудование.

    Совместные проекты с русскими били рискованными для иностранцев. Что ожидало их в разрушенной войной России? Березниковский химкомбинат представлялся гигантской лабораторией по отработке новых технологий. Недаром в производствах первой очереди комбината импортное оборудование составляло 90% (по второй очереди – 37%) (1). В Березники, на химический комбинат, устремляются не только представители фирм, инженеры - механики, технологи, конструкторы, проектировавшие отдельные установки на аммиачный завод и ТЭЦ, но и высококвалифицированные рабочие. По воспоминаниям одного из рабочих комбината Е.В. Мителёва (2), не только руководителями, но и экскаваторщиками, аппаратчиками, машинистами на предприятии первое время были иностранцы. Газета «Ударник» в 1931г. (3), помещая объявление о наборе на комбинат группы переводчиков, сообщала: « В настоящий момент на Березникхимстрое работают 93 иностранных специалиста и рабочих; в ближайшее время прибывает ещё 80… Общее количество иностранных специалистов предполагается довести до 300…».

    Особенно запомнились руководству и рабочим Билл Ситер - американский инженер, первый представитель фирмы «Кэмико» на комбинате, Карл Вилл * - американский инженер, впоследствии управляющий международными операциями фирмы «Кэмико», Вайнов - главный технолог фирмы «Нитрожен», «без переводчиков говоривший по-русски», Дэли - главный инженер-химик фирмы «Нитрожен», по отзывам, - «очень добродушный остряк, играл на виолончели в оркестре содового завода», автор патента для автоматического определения следов СО и СО-2 в газе, Бакстер - главный инженер фирмы «Нитрожен» - «спокойный на вид человек с физиономией типичного янки, часто расхаживающий по цехам в сопровождении своей жены», Драхе - шеф-мастер фирмы «Борзиг» по монтажу трубопроводов высокого давления (« в цехе очистки у него стоял тесовый балаган, где размещалась вся его монтажная контора, а в часы досуга - попивал чай из русского самовара») (4). Отношения иностранцев с русскими в основном были доброжелательными. Несмотря на раздражающую организационную «бестолковщину» первых месяцев строительства, отсутствие необходимых для монтажа запчастей «сумасшедшие большевики» и советские рабочие восхищали и вдохновляли их на максимальную отдачу своих знаний и умений.

    Корреспондент газеты «Ударник» Н.Старов, присутствовавший на пуске одного из генераторов завода 24 марта 1932г. так описывал свои впечатления: «Газогенераторный цех - цех автомат - высшее достижение человеческой техники. Но автомат нужно наладить, настроить, раскачать и пустить так, чтобы работал он образцово. Это дело человека. Тяжёлое, кропотливое дело, которое тем тяжелей, чем сложней и умней автомат. И к концу дня люди сваливались с ног. Даже два крепыша командира, краснощёкие и сильные здоровяки – два начальника - англичанин мистер Вилли и русский парттысячник товарищ Флегонтов, даже они, к концу дня почернели от сажи и усталости… Капризничали редуктора, скандалили клапаны, пошаливал скрубер. Подвернуть там, ослабить тут… С лестницы на лестницу по - обезьяньи прыгали люди ежеминутно, подправляли мельчайшие загогулины стального иероглифа, железную сбрую чудища. Мистер Гризенциант и товарищ Прокопьев, мистер Вильсон и товарищ Куртев, мистер Броунинг и товарищ Цехомский, мистер Белл и товарищ Гелас. В разных частях планеты родились эти люди. На разных языках говорили они. В другое время, может быть, не смогли бы они даже попросить прикурить друг у друга, но иероглиф механизма, сейчас, сыграл роль эсперанто… Наконец колокол большого газгольдера пополз вверх. Одна за другой загорались лампочки… Движения людей стали более размеренными. Переводчики перевели:

    • Англичане говорят: передайте русским мастерам, что мы очень довольны их работой.

    И люди с разных частей планеты, улыбаясь, пожали руки друг другу…» (5)

    Среди иностранцев было немало высококвалифицированных рабочих и специалистов, приехавших на стройку по договору. Из - за царившей безработицы, а также по политическим убеждениям они прибывали в СССР добровольно, на продолжительный срок. Постановление ЦК партии от 21 ноября 1930 г. обязывало хозяйственников, представителей партийных ячеек и профсоюзных органов использовать каждого иностранного специалиста и рабочего так, чтобы он не только сам работал, но и учил других, передавал свои знания и опыт советскому персоналу (6). Газета « Ударник» (7) сообщала читателям: «… в первый период эксплуатации комбината предприятия работали под непосредственным техническим руководством иностранцев. Сейчас иностранные специалисты используются в большей части только как консультанты… Нам нужно всемерно усваивать их опыт и знания…». На комбинате организуются БРИЗы (бюро по рационализаторству и изобретательству), группы по изучению передового опыта. Мастер Корнагель разработал программу обучения кочегаров в котельном цехе, инженер Грубер провёл несколько занятий для профсоюзного и партийного актива. В 1932 г. члены бригад монтажников Осипова и Хрусталёва через газету выражали благодарность и «… пролетарское спасибо немецкому монтёру Курту Бушу, который сумел подойти к нашим рабочим, заразил их своим деловым подходом, руководил работами, давал дельные советы и сам принял участие в работе бригады…» Слёт ударников химкомбината 1933 г. среди лучших отметил иностранца Кляпродта, который, «…работая в мастерской измерительных приборов аммиачного завода, обучил своему делу советских слесарей…» (8).

    В Березниках учились все, от рабочего, до хозяйственного руководителя. В докладе секретаря Уралобкома ВКП (б) т. Кобакова за 1932г. говорилось: « … В Березники было послано два «химика» - Шах-Гильдян и Грановский. Грановский имел ещё кое – какое знание в химической промышленности: был силикатчиком. Шах - Гильдян не был знаком даже с силикатной промышленностью. Полтора года назад здесь было непроходимое болото. Люди ощупью ходили, осматривались, изучали, а теперь, начинаешь с этими людьми разговаривать, и если дело касается химии, то они уже говорят химическими формулами, они уже имеют свой специфический язык. Когда присмотришься к взаимоотношениям этих руководителей со старыми инженерами, то оказывается, вчерашние силикатчики по знанию техники стоят на голову выше старых спецов…» (9)

    Героические усилия советских рабочих и инженерно-технических работников, трудности, с которыми они сталкивались в строительстве «Гиганта химической промышленности» восхищали иностранцев. Многие из них, особенно рабочие, воодушевлённые трудовым энтузиазмом, царившим на стройке, включались в соревнования, старались своим добросовестным трудом приблизить час пуска производства. Французские рабочие Эмиль и Андре, мастер – немец Нельсон – не только посвящали русских во все тонкости монтажа оборудования, но и давали копировать чертежи узлов (10). Немецкие рабочие котельного цеха ТЭЦ (на «Ганомагах») создали ударную бригаду под руководством бригадира Фрица Хомута и вместе с русскими рабочими взяли на себя обязательство закончить в срок монтаж оборудования. А мастер Краус был занесён в «Красный список лучших ударников ТЭЦ 1931г.» (11). Так, в совместном труде, происходило познание советской России, её народа, рождалась интернациональная дружба. Иностранные рабочие и специалисты, хотя и жили в лучших условиях, чем советские строители (имели свои магазины и столовые), на себе испытали, что такое бытовая неустроенность. На страницах газеты «Ударник» за 1931г. не однажды встречаются заметки о безобразиях допущенных коммунальным отделом. В одной из них говорится: «…условия быта приехавших немецких рабочих превосходят всякие границы. Без дров, без кипятка, без всяких элементарных удобств, без света живут 18 семейств немецких рабочих в доме № 40…» Для людей, выросших в других климатических зонах тяжким испытанием были уральские морозы. К.Г. Паустовский в «Великане на Каме» сделал такую «зарисовку»: «…иностранные монтёры и инженеры в этот вечер стали похожи на разбитую наполеоновскую армию. Тонкие коверкотовые пальто, шершавые галстуки, мягчайшие фетровые шляпы, тугие лайковые перчатки – всё это исчезло в несколько часов. Главный технолог комбината мистер Спенсер вышел в шляпе повязанной платком, в сапогах забойщика и в ватном пальто, сшитом из клетчатого одеяла…». Понимая экономические трудности социалистического государства, некоторые немецкие рабочие - монтажники, слесари, кузнецы Штейн, Руст, Гомут, Эрнест, Зигорид, Ках, Бэм, Эмрих, Зифоль, Мейвес, Шобер, Монценберг, Бонц, Рамер, Герман, Майер и др. даже подписались на заем «Третьего решающего года пятилетки» на сумму своего месячного оклада – 250 – 300 рублей (12).

    Страна Советов не уставала удивлять иностранцев. Коммунист, старый мастер крупного германского химического предприятия «Лейна Верке» Вильгельм Штейн говорил: «Я все свои силы отдам социалистическому строительству в Советском Союзе». Находясь на Урале, одном из отдалённых уголков России, они ощутили, с каким упорством молодое государство создаёт свою экономику. Некоторые из них, как Георг Майер, вступили здесь в партию. В одном из интервью газете «Ударник» за 1931г., немецкие рабочие и специалисты сказали: «Мы поражаемся той грандиозной работе правительства и пролетариата по осуществлению 5-ти летнего плана и со своей стороны готовы делать всё, что можем, чтобы помочь им в этой задаче».


    1. Ударник. 1935. 27. 02.
    2. Материалы музея ОАО «Азот».
    3. Ударник. 1931. 15. 07.
    4. Материалы музея ОАО «Азот».
    5. Старов Н. Газ идёт. Ударник. 1932.16. 03.
    6. Ударник. 1933. 01. 03.
    7. там же.
    8. Ударник. 1931. 20.02, 18.10.; 1933. 01.03.
    9. Ударник. 1932. 29. 01.
    10. Воспоминания Антонова Е.М.. Материалы музея ОАО «Азот».
    11. Ударник. 1931. 01.11.
    12. Ударник. 1931. 04.09.

    * в 1970г. Карл Вилл для журнала «Кэмико» написал статью о строительстве Березниковского химкомбината.

    1 сентября

    Посетить виртуальный музей

    Оценить работу музея


    Анонс мероприятий


    Архив мероприятий



    События, публикации
    20.07.17 | 14:46:12

    12.05.17 | 12:43:09

    13.04.17 | 13:35:56

    Архив публикаций


    Коллекции музея

     
    Главная О музееСобытия, публикацииНовостиКонтактная информацияКарта сайтаУправление культуры г. Березники

    Управление культуры г. Березники



    © Березниковский историко-художественный музей им. И.Ф. Коновалова
    618400 Пермский Край, г. Березники, пр. Ленина 43, (3424) 26-48-79, e-mail: bihmuseum@yandex.ru

    Создание сайта: "Интернет проекты"
    Работает на Amiro CMS - Free